Медики давно научились купировать последствия анафилактического шока. В случае профессиональной помощи прогноз на благоприятный исход — почти 100%. Но почему же пациенты продолжают умирать от анафилактического шока и какое наказание грозит медикам, вовремя не оказавшим помощь?
Год назад 18-летняя Маргарита Токарева умерла в коридоре больницы — на руках медперсонала. Изучив кадры и медицинские выписки, эксперты пришли к выводу: студентка университета скончалась от анафилактического шока, с вероятностью 99% ее можно было спасти. Теперь мать погибшей намерена добиться наказания для виновных. Главное — успеть установить конкретные фамилии до истечения срока давности по уголовному делу.
Весь процесс — от назначения лечения до момента смерти — зафиксировали камеры видеонаблюдения. Маргарита обратилась с сильной болью в глазах в областную офтальмологическую больницу города Воронежа. Ей сделали несколько уколов, в составе которых были антибиотик и лидокаин. Они должны были снять воспаление роговицы. Буквально через пару минут после инъекции девушка стала задыхаться и терять сознание. Медсестры не спешили реагировать на призыв о помощи.
«Что у вас опять случилось?» — меланхолично спросила медсестра испуганную Маргариту. Дальше началась паника. Те, кто должен работать слаженно и по протоколу, хаотично метались по отделению. Удивительно, но из десятков квалифицированных специалистов в больнице ни один не смог помочь девушке.
Анафилактический шок — это острая аллергическая реакция. Она может проявиться от лекарств, клубники или газировки. Главное в этот момент — чтобы рядом находились знающие люди, которые смогут быстро оказать первую помощь. В группе риска находятся аллергики, Рита была одной из них. С детства у девушки была бронхиальная астма, непереносимость молочных продуктов и яиц. От врачей она этого не скрывала.
Александр Фетисов, врач-анестезиолог-реаниматолог: «Если у пациента развивается анафилактическая реакция с развитием шока, внутримышечно вводится адреналин. Не дожидаясь эффекта адреналина, который может оцениваться в течение 5 минут, вводится препарат преднизолон, дексаметазон, что-то из гормонального. Анафилактическая укладка должна находиться в каждом процедурном кабинете».
Программа «Человек в праве» решила провести эксперимент и выяснить, смогут ли клиента спасти, к примеру, в стоматологическом или косметологическом кабинете. В сфере красоты инъекции — дело обычное. Но не все знают, что во многих препаратах содержится лидокаин — вещество крайне аллергенное. На консультации по увеличению губ косметолог — человек с медицинским образованием — отказалась отвечать, что она будет делать в случае аллергической реакции. В итоге она не стала проводить процедуру, потому что «тревожная» клиентка пришла в «не очень благоприятный день».
Оказывается, стоматологи не обязаны спасать пациентов. Это напрямую запрещают внутренние правила. Максимум — вызвать скорую помощь, но так поступают далеко не все.
Ольга Арефьева, врач-стоматолог: «По указу нашего Минздрава оказывать помощь при анафилактическом шоке имеет право только врач или фельдшер скорой помощи. Не сказано, что врач-стоматолог имеет право это уколоть. Получается, что у нас есть расхождение законов. Не оказать помощь врач тоже не может, то есть он рискнет своим дипломом, но помощь окажет любую».
Смотрите все выпуски программы «Человек в праве» на NTV.RU
