«СМИшные» истории: новости всухую

Свою профессиональную деятельность я начинал с Воронежского государственного телевидения в 1998 году. Точнее сказать, там я встретил мэтров воронежского телевидения, которые раскрыли для меня секреты профессии, и научили всему без исключения, за что я им бесконечно благодарен. Легендарные, еще кинооператоры Виктор Ломовской, Владимир Петрушин, Эдуард Рыбин. Журналисты Виктория Титова, Маргарита Харитонова, Александр Плотников и многие, многие другие.
Много было «закадровых» историй, но мне вспоминается одна, которая, если можно так сказать, вопреки всему вышла за рамки «закадровых». Дело было в те времена, когда главная воронежская новостная программа называлась не «Вести-Воронеж», а «Воронежские новости». Снимали тогда всё на видеокассеты, и монтаж программ и сюжетов тоже осуществлялся на магнитных лентах. Процесс этот был, мягко говоря, не быстр и не прост. Поэтому инженеры видеомонтажа считались отдельной кастой. И аппаратные видеомонтажа были святая святых телевидения. «Неправильный» видеоинженер мог свести на нет все усилия редактора, режиссера, оператора. И в то же время «правильный» видеоинженер мог многое исправить и даже сделать лучше, чем изначально задумывали авторы.
Это был обычный, ничем не примечательный день. Сюжеты для «Воронежских новостей» сняты, написаны, озвучены и смонтированы, программа «собрана», а диктор уже сидел в студии и вычитывал текст. До эфира оставалось минут 10.
Стоит пояснить некоторые особенности техпроцесса выхода в эфир телевизионных новостей в те времена. Программа «собрана» – это значит, что начальная видеозаставка новостей, сюжеты, «перебивки» и прочее видео, в т. ч. и виды Воронежа и его окрестностей, соответствующие времени года, для прогноза погоды, записаны на одну кассету. И кассета эта уже заправлена в магнитофон. Диктор же сидел в студии и вещал живьем.
В определенный момент по команде «мотор» от режиссера выпуска видеоинженер в аппаратной нажимал кнопку «Play», и в эфир шел готовый сюжет. Диктор в это время мог передохнуть, «пробежаться» глазами далее по тексту выпуска. И вот в эти самые, как говорят пилоты, «невозвратные» 10 минут в аппаратной гаснет свет и вырубается вся аппаратура…
Надо сделать еще одно пояснение. Студия с диктором, оператором и режиссером, который всем этим управлял, находилась в другом конце здания телекомпании и обесточены не были.
Итак, режиссер в панике – у него пропала картинка из аппаратной… Видеоинженеры в обесточенном цехе видеомонтажа бегают сломя голову, бьются в темноте лбами, пытаются найти выход из создавшейся ситуации… А что ты сделаешь без электричества? Ничего!!! Даже извлечь кассету из обесточенного магнитофона с заветным собранным выпуском новостей нельзя.
Отмечу, что мирно сидящий в ярко освещенной студии диктор ни о чем даже не догадывался до последней минуты. В общем, эти десять минут превратились в целую вечность. Кто-то пытался найти электрика, а время, между тем, было уже около семи вечера, и такие сотрудники, как электрики, конечно, были дома.
Чуда не случилось. Новости в тот день вышли без начальной заставки и без видеосюжетов. Диктор в студии из всей творческо-технической цепочки «Воронежских новостей» узнал о случившемся последним, примерно за минуту до эфира. Ошалевший от таких «новостей», пытаясь сохранить спокойствие, начал выпуск с извинений за технические неполадки, прочитал с листа всё, что было написано, огласил в мёртвой тишине без привычного, ласкающего слух музыкального сопровождения прогноз погоды и попрощался со зрителями, и еще раз принес извинения.
Вместо привычных 15 минут выпуск новостей длился не больше пяти. Сейчас я уже не помню, нашли ли виновного в том происшествии или нет, но точно помню, что электроснабжение обесточенных аппаратных само собой возобновилось, когда диктор прощался и извинялся. И еще я навсегда запомнил диктора, а точнее, как тогда уже говорили, ведущего того выпуска «Воронежских новостей». Эта была легендарная и глубоко мною уважаемая Лариса Иванова.