Искусственный интеллект в Воронежской области поставили на службу благоустройству. Мобильные комплексы «Дозор М3» фиксируют граффити, мусор и другие проблемы. Счет выявленным нарушениям уже пошел на тысячи, штрафам – на миллионы рублей.
Но у новой системы контроля оказался неожиданный побочный эффект. Только за сентябрь в Арбитражный суд Воронежской области поступило более сотни дел об отмене таких штрафов. Среди заявителей — управляющие компании, торговые сети, крупные инфраструктурные организации и сама мэрия Воронежа.
Возникает вопрос: кого именно научился эффективно находить ИИ – нарушителя или того, с кого проще взыскать деньги?
Кто должен платить за вандализм
С граффити схема особенно показательна. Кто-то наносит надпись на фасад дома, магазин или ограждение. «Дозор» ее фиксирует. Установить автора зачастую невозможно. Зато найти владельца или организацию, которая отвечает за содержание объекта, гораздо проще.
Формально штраф назначают не за действия вандала, а за ненадлежащее содержание имущества. Но фактически получается любопытная ситуация: неизвестный человек портит чужую собственность, а владелец за свой счет должен устранить последствия, рискуя получить еще и штраф.
Сам «художник» из этой цепочки исчезает.
А если организация считает наказание необоснованным, ей остается доказывать это в суде. Более сотни исков за один месяц — это работа юристов, подготовка документов, участие представителей в заседаниях и дополнительная нагрузка уже на судебную систему.
Когда потерпевший становится нарушителем?
Есть в воронежской системе еще одна проблема. Правила благоустройства возлагают обязанность убрать незаконные надписи на тех, кто отвечает за содержание объекта, но не устанавливают конкретного срока для этого.
Граффити может появиться ночью, а утром его уже увидит «Дозор». Владелец к этому моменту может даже не знать, что произошло.
Так когда именно он перестает быть пострадавшим от чужих действий и становится нарушителем?
В других регионах эту коллизию решили проще. Например, в Ярославле собственнику дают три дня на удаление надписи. При использовании «Дозора» суды там оценивают не только сам факт ее появления, но и то, была ли она удалена в установленный срок.
И это принципиальная разница. Обнаружить граффити и доказать, что собственник не выполнил обязанность его убрать, – не одно и то же.
А где «Безопасный город»?
Но есть вопрос еще интереснее.
В Воронеже много лет развивается система видеонаблюдения «Безопасный город». В 2026 году муниципальный сегмент должен включать 7460 камер, а к 2030 году – 9180. В городском Центре видеомониторинга планируется интегрировать 7800 камер различных собственников. Одна из задач системы – использование видеозаписей для обеспечения общественного порядка и помощи правоохранительным органам в фиксации правонарушений. На развитие соответствующей подпрограммы во втором этапе, с 2026 по 2030 год, предусмотрено более 421 млн рублей.
Порча чужого имущества тоже может повлечь установленную законом ответственность.
Так почему цифровые возможности столь активно применяются для поиска владельца испорченной стены, но значительно меньше известно об их использовании для установления человека, который эту стену испортил?
Конечно, камеры есть не везде и далеко не каждая запись позволяет идентифицировать нарушителя. Но дисбаланс очевиден: юридическое лицо искать практически не требуется. У него есть название, адрес, ИНН, имущество и счета. Его легко установить, оштрафовать и взыскать деньги.
Найти человека с баллончиком — гораздо сложнее.
Кто в итоге оплачивает вандализм
А последствия вполне материальны. Удаление граффити – это краска, транспорт, рабочее время сотрудников. Для управляющей компании это средства, которые могли пойти на содержание дома, для инфраструктурной или коммунальной организации – на ремонт и обслуживание оборудования, для муниципального предприятия – на выполнение его непосредственных задач.
Если добавляется штраф, организация фактически платит дважды за последствия действий другого человека.
При этом сам виновник может не заплатить ничего.
Возможно, искусственный интеллект стоило бы использовать иначе. «Дозор» обнаружил граффити – собственник получил уведомление и установленный законом разумный срок на устранение. Не выполнил – тогда штраф. А если место попало в поле зрения «Безопасного города», записи используются для поиска непосредственного нарушителя.
Тогда цифровизация действительно работает на благоустройство, а не только на статистику выявленных нарушений.
Воронеж уже научился с помощью искусственного интеллекта быстро находить испорченные стены. Теперь остается научиться с такой же настойчивостью искать тех, кто их портит.
Иначе борьба с вандализмом приобретает странную логику: наказание быстрее всего находит не того, кто взял в руки баллончик, а того, кому принадлежит стена.
