Меняется ли климат Земли, и почему воронежская зима бьет температурные рекорды

С приходом декабря воронежцы в очередной раз не дождались зимы и стали заложниками серой и мрачной осенней погоды. Если речь идет о глобальном потеплении, то отчего же лето выдалось таким холодным? В поисках ответа мы отправились на факультет географии, геоэкологии и туризма ВГУ и вместе с профессором, доктором географических наук Семеном Куролапом и доцентом, кандидатом географических наук Леонидом Акимовым выясняли, что происходит с климатом.
ТЕПЛЫЙ ДЕКАБРЬ
– Уже не один десяток лет парниковый эффект, вызванный человеческой деятельностью, называется главной причиной глобального потепления. Но тут же озвучивается версия, что миф о парниковом эффекте был создан для сбора денег со стран по Киотскому протоколу, а нам предрекают вступление в некий «малый ледниковый период». Кто прав?
Семен Куролап:
– В данном вопросе нет единого мнения. Большинство климатологов все-таки сходятся на том, что изменения климата происходят за счет природных явлений, на которые человек не может влиять глобально. Я думаю, что мы несколько преувеличиваем свою роль. Скажем так: человек может только усиливать или замедлять какие-то процессы.
Леонид Акимов:
– Глобальное потепление признается учеными всего мира. Но то, как будет меняться дальше климат, точно никто не знает.
В 80-х годах прошлого столетия общепланетарная температура была минус 0,25 градуса, к 90-му году достигла нуля, после чего продолжила повышаться и составляет сейчас плюс 0,65 градуса.
Теплый декабрь, который уже не первый год наблюдается в Центрально-Черноземном регионе – следствие глобального потепления.

Наша планета – саморегулирующийся организм. В атмо­сфере существуют три воздушные сферы, которые определяют циркуляцию: тропический экваториальный воздух, умеренный воздух и полярная ячейка. Когда планетарная температура повышается, срабатывают природные механизмы: циклоны и антициклоны начинают сильнее вращаться. Если они не справляются с регуляцией температуры, то включаются механизмы расширения и сжатия (как человек начинает глубоко дышать при перегреве).
Из-за повышения общепланетарной температуры самый большой энергетический потенциал образуется в экваториальной ячейке, и она начинает расширяться. На евразийском материке ее останавливает сибирский антициклон. Раньше мы в него попадали – атмосферные фронты проходили километров на 200 южнее Воронежа. Теперь же наш регион оказался в тропической воздушной массе.
Что будет дальше? Когда тропическая ячейка ослабеет, усилится энергия двух оставшихся сфер. Холодные фронты начнут опускаться вниз.
Зима наступит, но позже. Из-за процесса регуляции температуры, к которой стремится планета, в нашей зоне произошло смещение холодных месяцев. Раньше январь был самым морозным, а теперь мы все чаще наблюдаем наиболее холодные дни в феврале.
– Тогда и весна позже наступит?
Л.А.:
– Нет, просто из-за смещения времен года значительно сокращается период межсезонья, переход от зимы к весне происходит очень быстро.
ПОТЕПЛЕНИЕ С ХОЛОДНЫМ ЛЕТОМ
– Если растет общепланетарная температура, почему в 2019 году было такое холодное лето? И зиму-2020 обещают с сильными морозами?
Л.А.:
– Летом погоду у нас определяет так называемая Монгольская депрессия. По местоположению она относилась к Оренбургу, Челябинску. Но глобальное потепление меняет конфигурацию атмосферных образований, и произошло смещение «депрессии» на северо-восток. Как результат – мы получили холодное лето на фоне глобального потепления.
Раньше основной атмосферный поток шел с запада на восток – и зимы были схожие по сценарию. Теперь энергетические процессы, о которых мы говорим, порождают так называемые меридианальные процессы, на пути которых и оказался в этом году Центрально-Черноземный регион. Как результат – резкое изменение погоды. Вспомните зиму 2006 года, когда в течение дня температура опустилась с минус 5 до минус 25 градусов.
Вообще, глобальное потеп­ление несет в себе контрастные температуры, резкий переход от тепла к холоду, более сильные ветры, более частые ураганы.
Еще можно отметить, что мы находимся в противофазе с Европой. В 2010 году у нас была жара, а Европа мерзла. В этом году Европа изнывала летом от жары, у нас же было очень прохладно.
– Глобальное потепление несет с собой таяние ледников? Не ждать ли нам нового всемирного потопа?
Л.А.:
– Таяние ледников действительно происходит, причем в Гренландии оно идет более интенсивно, чем предсказывали ученые. Угроза повышения уровня мирового океана существует. Но таяние ледников меняет соленость воды. Пресная вода, как известно, быстрее нагревается. Как результат, будет активнее образовываться облачность, которая сможет способствовать охлаждению планеты. Поэтому говорить о грядущем всемирном потопе, наверное, пока не стоит.
ВОДОХРАНИЛИЩЕ И МЕСТНЫЙ КЛИМАТ
– Происходили ли какие-то процессы, которые изменили микроклимат Воронежа?
С.К.:
– В больших городах за счет высотной застройки снижается скорость ветра, за счет нагрева зданий возрастает температура воздуха, особенно в летний период – создается такой «остров тепла». Но в таких условиях воздух сильнее загрязняется. Штиль и туман – это то, что способствует загрязнению, сильный ветер очищает воздух.
Когда в 1972 году создали Воронежское водохранилище, в городе появилась бризовая циркуляция, которая стала способствовать очищению воздуха. Ветровой режим в нашем городе весьма благоприятный для самоочищения атмосферы. Например, в Южной Сибири, на Южном Урале при тех же выбросах рассеивание вредных частиц в разы меньше. Воронеж – относительно чистый город, были годы, когда он попадал в рейтинг лучших по качеству воздуха.

Благодаря большому водоему в Воронеже повысилась влажность, даже количество осадков в летний сезон увеличилось.
Но с созданием водохранилища появились и минусы – резко ухудшилось качество питьевой воды за счет гидравлической связи поверхностных и подземных вод, в том числе водозаборов вблизи водохранилища. С середины 70-х до конца 80-х годов среди горожан начался рост мочекаменной болезни из-за употребления воды, насыщенной солями, железом, марганцем. Когда стали устанавливать системы очистки воды, ситуация улучшилась.
– Влияет ли каким-то образом уменьшение зеленого пояса города на микроклимат?
С.К.:
– В Генплане 2008 года был обозначен экологический каркас – зеленый пояс города, и он с того времени особо не уменьшился. При этом обеспеченность зелеными насаждениями в некоторых районах города значительно меньше, чем полагается по нормам, и нужно очень серьезно заниматься озеленением.
Л.А.:
– По поводу лесов я хочу высказать мнение как климатолог. Воронеж, как известно, считается колыбелью российского военного флота. Но он бы не стал «колыбелью», если бы Дон не был судоходным, а в Воронеже не росли корабельные сосны. Теперь нет ни таких лесов, ни вод.
Очень большая проблема связана с Доном: река мелеет. На прошедшей в октябре климатической конференции, которую мы проводили в Воронеже, проблему Дона даже вынесли в отдельную тему.
Почему же реки мелеют, если началось глобальное потеп­ление, моря и океаны испаряются и должно быть больше осадков и, соответственно, возрастать наполняемость рек?
Быть может, значение леса больше, чем просто очистка воздуха? Как вода поднимается из глубин на поверхность? Я придерживаюсь мнения, что за счет «капилляров» – корней деревьев. И если нет лесов – вода просто уходит в землю...
Беседовала Наталия ОСАДЧАЯ.
Фото Алисы ЕРМАКОВОЙ.