«СМИшные» истории: про взрослых людей из детской книжки

День печати? Одни говорят про журналистику: пациент скорее мертв, чем жив, другие верят в звездное небо над головой и нравственный закон внутри нас, а значит, журналистика все равно прорастет сквозь асфальт, в который ее закатало операцией «по принуждению к миру» и служению не народу, а вертикали.
Профессиональный праздник наш давно уже пахнет ладаном, и журналистам воронежским остается пока лишь вспоминать, как молоды мы были, как искренне… Много было искренности в прежней эпохе, включая маленькие трагедии и забавности.
Вот из забавного: никогда не думал, что стану персонажем сценки из «Незнайки» Носова. А пришлось.
Написал я как-то злой и насмешливый разворот про областную Думу – ее решения и конкретных депутатов. Друзья-коллеги посмеялись и сказали: ты теперь в Думу не ходи, увидят – кинутся морду бить.
Я и не ходил: не солидно ж пятидесятилетнему журналисту ходить с побитой мордой. Но вскоре целый председатель Думы позвал о чем-то поговорить. И я пошел. Остановился у входа, и вскоре начался натуральный «Незнайка». Один охаянный депутат увидел меня, подошел, но вместо битья стал хвалить мою статью. И про того, и про этого – смешно же! Но вот в той части, где про него, я не прав – там дело сложное; когда еще будешь писать – заходи, потолкуем.
Я обещал, и мы расстались почти друзьями.
Другой депутат появился и долго тряс мою руку: здорово ты их уделал! А вот про меня напрасно так, нехорошо вышло, поверхностно. И обидно: я ж тебе ничего плохого не делал, наоборот, всегда готов сделать что-нибудь хорошее. Пойдем, по рюмочке чаю выпьем, я тебе кое-что интересное расскажу.
Но я ждал господина председателя, и это был аргумент.
Подошел и третий, и после душевного разговора с ним я понял, что стал прямым участником сцены из «Незнайки». А после беседы с четвертым я запомнил этот день навсегда: невероятно, но детская книжка про коротышек буквально воплотилась в жизнь людей взрослых и солидных – можно сказать, воронежской элиты.